В доме Алли Тайльц наступает время ужина, и уже звучит музыка: то музыка из фильмов итальянского классика Эннио Морриконе, то итальянское диско. Один из трёхлетних близнецов уже танцует. На оставшуюся часть вечера телефоны отправляются в керамическую корову на кухонной стойке — так нравится её дочери, которой почти восемь. В доме есть проектор и проигрыватель, а целая стена заставлена видеокассетами: «Жёлтая подводная лодка» и «Земля до начала времён» часто оказываются в проигрывателе. В шутку Тайльц называет это домом с электроникой из 1990-х.
Она — диджей, работающая с винилом, и музыкальный продюсер. В ночной жизни Лос-Анджелеса она выступала за одним диджейским пультом с такими артистами, как Грейс Джонс и Daft Punk. Теперь она ищет видеокассеты в комиссионных магазинах и на распродажах имущества. Сама она говорит о себе: «Сначала я мать, потом артистка». Тайльц — мать четверых детей, и обе эти части своей жизни она соединяет, не притворяясь кем-то другим.
Её дебютный альбом Come to Mommy — попытка вернуть себе артистическую часть после рождения детей. Это атмосферная, неудержимо танцевальная музыка с электронным звучанием, одновременно обращённым в прошлое и устремлённым в будущее. Название переиначивает выражение «иди к папочке»: культура задаёт вопрос, чего хочет папа, а Тайльц спрашивает, чего хочет мама. «Мама хочет радости, — говорит она. — Хочет веселиться и танцевать. Хочет удовольствия и радости».
Как материнство повлияло на творчество
Тайльц не считает детей темой, вокруг которой строит искусство. Напротив, именно благодаря им её творчество стало глубже. По её словам, материнство расширило её творческие возможности. Материнство научило её, что «самое глубокое творчество может рождаться, когда времени почти нет и ты точно знаешь, что важно».
По её словам, становясь родителем, человек отдаёт себя тому, чтобы вести другого по жизни. Для Тайльц это не закрыло, а распахнуло творческий процесс: «Это освободило меня в творчестве» и дало ей «более глубокий источник, из которого можно черпать». Материнство она называет «величайшим видом искусства, который мне довелось испытать».
Изменилось и то, что ей хочется создавать. Теперь она смотрит на свои работы глазами детей и держится одного ориентира: чего ей хотелось бы видеть в мире больше? Точно не «искусства, созданного ИИ, и стиля “лоботомия”» — так она описывает бездушные машинные работы, которые, по её наблюдениям, всё чаще появляются вокруг. Ей хочется, чтобы дети испытали то же, что и она, когда впервые услышала Talking Heads: ощутили свободу и смогли воображать себя в огромном костюме Дэвида Бирна, беситься и оставаться «в этом прекрасном состоянии игры». Альбом Come to Mommy — её попытка вернуть это чувство в мир. Вдохновителями она считает своих детей: «Они — лучшие учителя».
Не нужно выбирать только одну свою роль
Многим женщинам знакомо, как меняется жизнь после рождения ребёнка: собственное «я» будто сжимается, освобождая место для всех остальных. Тайльц тоже переживала это и постепенно приближалась к той модели материнства, в которой, как ей казалось, исчезали другие женщины. В группах мам все отдавали себя другим, не считаясь с собственными потребностями. Карьеры откладывались и так и не возобновлялись. На вопрос «Кто я?» становилось трудно ответить.
Тайльц обращает внимание на незаметные культурные послания. «Нас приучают к этому через “Щедрое дерево” и “Рыбку-радугу”», — говорит она о детских книгах, которые, по её мнению, представляют самоотречение как добродетель. Стань пнём — и тебя полюбят. Отдай свою чешую — и тебя примут. «Это очень опасно», — замечает она.
Долгое время собственные приоритеты Тайльц оставались на втором плане. Вернуться к ним помогли границы. На те часы, когда она не хочет быть на связи, у неё есть кнопочный телефон. По словам Тайльц, проблемы со здоровьем заставили её взять паузу и пересмотреть нагрузку. «Моим детям не нужна мама, которая растворяется во всём. Даже в материнстве».
Мы сами решаем, каким будет детство детей
Тайльц создаёт детство своих детей, словно записывает альбом: подбирает конкретные, продуманные и немного волшебные детали. Когда дочь получила в школе награду лидера и могла выбрать, как отметить событие, она попросила сделать «горы из мороженого»: выложить шарики замком на пергаменте. Идея была похожа на мороженое, которое Тайльц любила в детстве. Просто так, ради удовольствия.
Самые дорогие воспоминания Тайльц связаны не с круизом или большой поездкой, а с однокомнатной квартирой и тем, как мама разрешала детям выбрать любимое мороженое перед первым школьным днём. Теперь Тайльц старается создавать для своих детей такие же небольшие воспоминания, которые могут оказаться особенно важными.
В их жизни есть место и удивлению. Дети выходят в сад за петрушкой или помидором, чтобы самим поучаствовать в приготовлении ужина. Уже много лет Тайльц учит их выращивать растения из семян и наблюдать за их ростом: маленький артишок, пробивающийся из политого семечка, — одно из тех небольших чудес, которые она хочет научить их замечать.
Книги тоже важны. Тайльц до сих пор вспоминает женщину, которую однажды увидела в метро: та читала рядом с маленькой дочерью, пока поезд шёл по своему маршруту. Этот образ запомнился ей задолго до того, как у неё появились дети. Теперь один из самых гордых для неё моментов — когда дочь забирается на диван, чтобы погрузиться в «Гарри Поттера». «Сохраняйте любопытство к миру, — советует Тайльц другим матерям. — Продолжайте читать. Интересуйтесь тем, что важно для вас».
Ничего из этого не далось легко. Come to Mommy создавался в тяжёлый период, на который пришлись травматичные роды: Тайльц и один из её сыновей едва не погибли. Альбом отчасти рассказывает о том, как она возвращалась к жизни. Последний трек, Back From the Dead, написан для близнеца, которого она едва не потеряла. Так Тайльц говорит всем своим детям, что даже после самого страшного можно вернуться. Работа над музыкой помогла ей пережить случившееся и, по её словам, показать детям: даже из того, что тебя сломало, можно «создать нечто прекрасное из пепла».
Тайльц хочется, чтобы мама, которая остановилась в машине на подъездной дорожке и ещё минуту посидела перед входом, пока играет альбом, забрала с собой внутрь «огонь» собственной страсти. Чтобы вспомнила песню, под которую танцевала сильнее всего на тринадцатилетии лучшей подруги, почувствовала поддержку и нашла повод танцевать. А главное — почувствовала, что снова может быть собой.
Не так часто женщинам говорят, что ради материнства им не нужно становиться меньше. Тайльц посвятила целый альбом этой мысли.